Гюляра Садых-заде: Все решает мера таланта

09 марта , 2016, 14:41

Гюляра Садых-заде – музыкальный критик, программный директор Международного музыкального фестиваля «Евразия», член правления Союза композиторов Санкт-Петербурга, автор более 2000 музыкальных и театральных рецензий, опубликованных в российской прессе. Об особенностях редкой профессии и шедеврах музыкального мира она рассказала в интервью VAKinfo.

– Гюляра ханум, ваша мама была пианисткой, папа художником. Но не одну из этих профессий вы не выбрали. Чем можно объяснить ваш выбор?

– Не совсем так. Моя специальность тесно связана с деятельностью мамы. Ребенком я была умным, склонным к отвлеченным размышлениям, но крайне застенчивым. Родители переживали, что я не смогу найти общий язык с другими детьми. На пианино я играла довольно хорошо, хотя и не особенно любила это занятие. Сейчас если я играю, то только для себя. Как бы у меня хорошо не получалось, я не играю как мой кумир, пианист Эмиль Гилельс. А если не играть как он, то лучше этого не делать вообще. Многие произведения я знала наизусть, поэтому позволяла себе не смотреть на клавиши. Помню, в школьные годы я ставила книжку на пюпитр и играла этюды. Никто из домашних и не догадывался, что, двигая пальцами по клавишам, я с увлечением читаю Майн Рида. Когда мама замечала, сильно ругалась. Пианистки из меня не получилось. Меня больше интересовало то, как «сделана» музыка. 

– Вы родились и выросли в Баку? Наверняка, многие воспоминания детства и юности связаны с этим городом.

- Конечно. Самые лучшие воспоминания – это детские и юношеские, лучше ничего и быть не может. Каждое лето выезжали на дачу, где растут гранаты и виноград. Туда часто приезжали папины друзья – художники. Мы с сестрой частенько заходили в мастерскую папы. Помню запах краски. А многие эмоциональные переживания связаны не только с визуальными впечатлениями, но и с запахами. Все эти моменты остались в моих воспоминаниях, которые я несу через всю жизнь. Баку совершенно особенный и волшебный город, со своей особой энергетикой древних дворцов, неба, моря… Моя родина Баку, но большую часть жизни я прожила в Санкт-Петербурге, здесь я с 18 лет.

– А в Баку часто приезжаете?

– К сожалению, не так часто, как хотелось бы. Обычно мой маршрут составляется на полгода вперед. Но если выдается возможность, я обязательно приезжаю в родной Баку. Город стремительно развивается. Он меняется буквально на глазах. Новые отели, офисные здания, небоскребы, музеи современного искусства, Центр Гейдара Алиева – все это и многое другое поражает воображение. Но я всегда буду скучать по тому, старому городу, с которым связаны самые теплые воспоминания.

– Многие говорят, что современный Баку – это попытка построить Дубай в Азербайджане. Вы согласны с этим?

– В Дубае не была, поэтому сравнивать трудно. Но подумайте сами, как можно сравнивать город, которому нет и 100 лет, со столицей, имеющей древнюю историю и культуру. Но это не умаляет того факта, что на данный момент Дубай – один из самых развитых мегаполисов в мире.

– Вы достаточно известный человек в музыкальной среде. С чего начинался ваш путь как музыкального критика?

– Когда я была студенткой первого курса консерватории, меня попросили написать для вузовской газеты отчетный материал о концерте. Затем, когда я приехала в Баку на летние каникулы, написала статью «Москва театральная. Петербург музыкальный» в газету «Вечерний Баку». Вот с этого все и началось. Мне нравилось ходить на концерты, а затем писать рецензии. Сейчас я именно так и живу: каждый вечер хожу в театр, а на следующий день пишу об этом .

– Возможна ли, на ваш взгляд, специальная подготовка музыкальных критиков на журфаке? Нужно их специально готовить или достаточно выпустить журналиста «широкого профиля», ориентированного на работу в отделе культуры, где он обучится музыкальной критике по ходу дела?

– На Западе все теоретические предметы, включая музыкальные, преподают в университетах. К примеру, существуют вузы для исполнителей, а при университетах обучаются все музыковеды. Именно поэтому они получают более общее и разностороннее образование, но им не хватает специфических знаний, навыков. Я не знаю, хорошо это или плохо. Но я считаю, что лучшим критиком будет тот, кто сам может что-то сыграть, который может читать партитуру. Отсутствие музыкального образования у критика лишает его детального мышления, четкого знания предмета. У таких людей совершенно другой подход к работе.

– В одном из интервью вы сказали, что репутация критика складывается десятилетиями. Вам это удалось?

– Мою репутацию оценивать не мне, а окружающим. Я же, хочу верить,  свою репутацию не уронила. К сожалению, в нашей стране общественное мнение «усохло» до такой степени, что его практически не видно и не слышно. Ты можешь иметь свои принципы. Как говорит древняя индийская философия: «делай, что должно, и будь что будет». Но кто сможет это оценить? По-моему, это сейчас никому не интересно. Никто не придает рецензиям особого значения. Я выполняю свою работу для себя, а не для кого-то. Это интересно мне. Опять же, критик не может всем нравится, если он настоящий критик. Скажу честно, мой характер не подарок. Мне часто говорят, что нужно иногда идти на компромиссы – где-то промолчать, а где-то смягчить свое мнение. Но для меня важнее моя репутация, поэтому, я так думаю, есть много людей, испытывающих ко мне антипатию.

– А насколько имидж театральной постановки, мюзикла зависит от рецензии критика?

– В России в меньшей степени, чем на Западе. К примеру, в Америке все сборы зависят от мнения критика – если будет отрицательное, то зрители не купят билеты. Так работают и в Европе. Но так как наша культура выведена из рыночных механизмов, соответственно учреждениям культуры, по большому счету, все равно, напишут о них хорошо или плохо, потому что их доход зависит не от рецензий, а от того, хорошо к ним относятся в министерстве культуры или нет. Эта ухудшает художественный процесс.

– Вы много путешествуете. Яркие события вспомните?

- Впечатления складываются не от посещаемых стран, а от просмотренных представлений и прослушанной музыки. В основном я путешествую по Европе. Каждый год я обязательно принимаю участие в Зальцбургском летнем фестивале, в значительной степени прославившем город Зальцбург. Фестиваль является одним из самых изысканных музыкальных событий в мире. Он отличается высочайшим музыкальным уровнем, искусством международных исполнителей и удачным сочетанием традиций и новаторства. Здесь собираются лучшие из лучших. Могу отметить и Люцернский музыкальный фестиваль, который собирает почти все шедевры музыкального искусства. Впечатлила меня и премьера оперы «Кольцо Нибелунгов» в германском Байройте. Она прошла с ошеломительным успехом. А один из самых старинных оперных фестивалей проходит в Мюнхене – его возраст насчитывает более ста лет. Примерно так выглядит мой маршрут во время путешествий в Европу.

– Какова на сегодняшний день тенденция в постановках музыкальных спектаклей?

– Сейчас нет никаких глобальных тенденций. Смело можно сказать, что в наши дни преобладает плюрализм. Каждая постановка спектакля требует от режиссера своего подхода. То есть не нужно находиться в русле определенных тенденций, а отрешась от всего, продумывать свой путь, но исходя из авторского текста, конечно же. Театр  – это такое искусство, которое должно реагировать на насущные проблемы общества. К примеру, постановка «Борис Годунов» ставилась неоднократно, но каждый раз в новом ключе. Ведь все решает мера таланта, а не тенденция.

Илаха Алекперова 


780 просмотров

Связаться с автором статьи можно по адресу vak.news@gmail.com

Нам пишут Написать
Наверх